Кризис новорожденности: Сущность и значение кризиса новорожденности были подробно описаны Д.

Сущность и значение кризиса новорожденности были подробно описаны Д. Б. Элькониным [10]. Он считал, что само рождение — это кризис, ибо родившийся ребенок попадает в совершенно новые условия своего существования. Психоаналитики рождение называли травмой и считали, что вся последующая жизнь человека носит печать пережитой им при рождении травмы.
Крик новорожденного — это его первый вздох, здесь еще нет никакой психической жизни. Переход от внутри­ утробной жизни к внеутробной — прежде всего перестройка всех физиологических механизмов ребенка. Он попадает в более холодную и светлую среду, переходит на новую форму питания и кислородного обмена. Происходящее требует периода приспособления. Признаком этого приспособления является потеря ребенком в весе в первые дни после рождения. После первого вздоха аппарат дыхания ребенка начинает работать автоматически. Несколько хуже обстоит дело с механизмом приспособления к холоду. Единственный механизм, который работает, — принятие «внутриутробной» позы, если ребенка распеленать, т. е. не что иное, как уменьшение площади теплоотдачи. Некоторые ученые полагают, что ребенок рождается с готовым механизмом питания. Нет, указывал Д. Б. Эльконин, ребенок должен научиться сосать. Это очень сложный механизм: ротовая полость действует как вакуумный всасывающий насос, губами обеспечивается попеременное уравнивание давлений и создание разницы в давлении. Человеческое дитя наиболее беспомощно среди всех детенышей в момент своего рождения. Это незрелость не только высших регуляторных, но и многих нижележащих физиологических механизмов, что приводит к возникновению новой социальной ситуации [10].
Для психологии вопрос q сущности незрелости новорожденного имеет принципиальное значение. Детеныш примата рождается с полным набором видовых форм поведения. Ребенок на момент рождения вооружен определенным количеством безусловных рефлексов — это цеплятельный рефлекс, рефлекс отталкивания и др. Однако у ребенка, в отличие от детенышей животных, имеющиеся безусловные рефлексы не обеспечивают появления человеческих форм поведения, в то время как сложный набор безусловных рефлексов детенышей животных позволяет сложиться взрослой особи с активными защитными, охотничьими, материнскими и другими реакциями, необходимыми для нормального существования [8].
Новорожденность является единственным периодом в жизни человека, когда еще можно наблюдать в чистом виде проявление врожденных, инстинктивных форм поведения, направленных на удовлетворение органических потребностей (в кислороде, пище, тепле).

Эти органические потребности не могут, однако, составить основу психического развития, они только обеспечивают выживание ребенка [8].
Безусловные рефлексы не закрепятся в поведении, они отомрут, поскольку все формы поведения человека складываются прижизненно. Отмирание инстинкта П. Я. Гальперин считал важным психологическим последствием онтогенеза [4]. Он подчеркивал, что в ходе антропогенеза между человеком и его природной средой вклинивается система общественных отношений (приемы общественного воздействия, идеология) и благодаря этому происходит систематическое торможение инстинктивного отношения к предметам, удовлетворяющим1 потребности. В результате возникает новая структура поведения: потребности теряют свой биологический характер и становятся органическими; предметы, удовлетворяющие потребность, перестают быть условными раздражителями. То, что будет предметом, удовлетворяющим потребность, зависит от воспитания в своей среде. Органические потребности не предопределяют ни объекта, ни формы поведения, в то время как биологические потребности предопределяют тип жизни. Органические потребности не предопределяют его, все зависит от воспитания, то, как потребность удовлетворяется, диктуется способами, выработанными в обществе. Для понимания природы человека, утверждал П. Я. Гальперин, важно, что у ребенка нет биологической предопределенности поведения [4].
Как указывал Д. Б. Эльконин [10], в период новорожденности ребенка вообще нельзя рассматривать отдельно от взрослого, поскольку ребенок еще не обладает никакими способами взаимодействия со взрослым. Д. Б. Эльконин утверждал, что вопрос о сроках окончания новорожденноcти остается спорным. Существуют три точки зрения [10].
1. Согласно рефлексологической точке зрения, этот период кончается с момента появления у ребенка условных рефлексов со всех основных анализаторов (конец 1-го — начало 2-го месяца).
2. Физиологическая точка зрения базируется на предположении, что этот период кончается тогда, когда ребенок восстанавливает свой первоначальный вес, т. е. с момента установления равновесия обмена со средой.
3. Психологическая позиция связана с определением конца этого периода через появление у ребенка хотя бы намека на его взаимодействие со взрослым (1,6 — 2,0 месяца).
Первичными формами такого взаимодействия служат специфические выразительные движения ребенка, которые для взрослых являются сигналами, приглашающими их совершить какие-то действия по отношению к ребенку, и таким первым выразительным движением считается появление у ребенка улыбки при виде человеческого лица.

Д. Б. Эльконин считал, что единство со взрослым представляет для ребенка ситуацию максимального комфорта. Сигнал о некомфортности вызывает соответствующие действия у взрослого. Причем сигналы могут подаваться как в связи с отсутствием комфорта, так и его наличием. Лицо взрослого вызывает у ребенка состояние «блаженства» — он улыбается [10]. Улыбка составляет центр комплекса оживления. При этом ребенок не просто улыбается, он реагирует на взрослого движениями всего тела. Младенец все время находится в движении, он откликается эмоционально. Дети, отстающие в, развитии, прежде всего, отстают именно в появлении комплекса оживления. Комплекс оживления как первый специфический поведенческий акт ребенка становится определяющим для всего последующего его психического развития [10].
Исследования, проведенные под руководством М. И. Лисиной, показали, что комплекс оживления — первый акт общения ребенка со взрослым [6]. И лишь затем (к 4 месяцам) у младенца возникает реакция на Новое. Она выступает предпосылкой всей манипулятивной деятельности ребенка.
Позиция Д. Б. Эльконина относительно содержания и значения комплекса оживления не является единственной. Так, В. С. Мухина считает, что комплекс оживления, проявляющийся в том, что ребенок сосредоточивает взгляд на лице склонившегося над ним человека, улыбается ему, оживленно двигает ручками и ножками, издает тихие звуки, есть выражение появившейся потребности в общении со взрослым — первой социальной потребности ребенка. Возникновение комплекса оживления является границей между периодом новорожденности и младенчеством [8].
Практически все отечественные психологи сходятся на том, что улыбка на лице ребенке является концом кризиса новорожденности. С этого момента у него начинается индивидуальная психическая жизнь (1,6 — 2,0 месяца). Дальнейшее психическое развитие ребенка есть прежде всего развитие средств его общения со взрослыми [10].
Д. Б. Эльконин особо подчеркивал, что то, что в критический период вызывает появление соответствующего новообразования, и представляет собой генеральную линию последующего развития в стабильном периоде [10].